Колчак и Анна тимирева

Финальные титры фильма «Адмиралъ»: «Анна Васильевна Тимирева умерла в Москве 31 января 1975 года». Своего адмирала она пережила на 55 лет. Вот только как последняя любовь Колчака провела эти годы и как уцелела в сталинских лагерях? До многих ранее засекреченных фактов докопались корреспонденты «Комсомолки».
Семь арестов за 30 лет
После расстрела Колчака Анну Тимиреву выпустили из тюрьмы по амнистии. Но уже в июне 1920-го ее отправляют сроком на два года в Омский концентрационный лагерь принудительных работ. Выйдя из лагеря, Тимирева подала местным властям прошение о выезде в Харбин (там в это время жил ее первый муж — Сергей Тимирев. — Ред.). В ответ получила короткую резолюцию «Отказать» и год тюремного заключения. Третий арест последовал в 1922 году, четвертый — в 1925-м. Обвинение: «За связь с иностранцами и бывшими белыми офицерами». Ее приговорили к трем годам тюрьмы.
Освободившись, Анна Васильевна вышла замуж за инженера-путейца Владимира Книпера. Но хождение по мукам продолжалось. Весной 1935 года — новый арест за «сокрытие своего прошлого», лагерь, вскоре замененный поднадзорным проживанием в Вышнем Волочке и Малоярославце. Работала швеей, вязальщицей, дворничихой. В 1938 году — снова арест, шестой по счету.
На свободу она выходит после окончания войны. Из родных почти никого: ее 24-летнего сына от брака с Тимиревым Володю, талантливого художника, расстреляли 17 мая 1938 года. Муж Владимир Книпер умер от инфаркта в 1942-м: не выдержал травли супруги. Ей по-прежнему не разрешают жить в Москве, и она перебирается в Щербаков (ныне Рыбинск) Ярославской области, где Книпер-Тимиревой предлагают работу бутафором в местном драмтеатре.
В фильме «Адмиралъ» Книпер-Тимиреву сыграла Лиза Боярская, а Хабенский стал Колчаком. Кадр из картины: влюбленные в штабном вагоне Верховного правителя России. Вверху фото Анны Васильевны, сделанное в 1954 году перед самым освобождением из лагеря в Енисей
Кстати, в Рыбинске в одно время с Анной жила и племянница Колчака Ольга. Несколько раз Тимирева делала попытки связаться с ней, но та отказалась. По одной версии, Ольга не хотела встречаться с женщиной, развалившей семью дяди. По другой — боялась чекистов.
И не зря опасалась… В конце 1949-го Анну арестовали: десять месяцев Ярославской тюрьмы и этап в Енисейск. Говорят, Анну элементарно сдали свои же коллеги по цеху — актеры местного драмтеатра. Якобы за антисоветскую пропаганду.
«На правой ноге шрам от операции…»
В спецфондах Красноярского края до сих пор хранится ее личное дело. Это подлинник: все листы, вложенные справки, протоколы, пожелтевшие от времени. Но читаются очень хорошо. В архиве нам разрешают посмотреть дело, но тщательно закрывают фамилии всех сотрудников, имеющих отношение к нему, — показывать их нельзя по закону.
«На основании изложенного обвиняется: Книпер-Тимирева Анна Васильевна, в 1918 — 1920 жена адмирала Колчака», — говорится в деле Анны Книпер… «Была с ним в Харбине и в Японии, участвовала в походах Колчака против советской власти. 20 декабря 1949 года за антисоветскую деятельность арестована и привлечена в качестве обвиняемой. Проведенным расследованием установлено: Книпер-Тимирева… среди своего окружения проводила антисоветскую агитацию, высказывала клевету на ВКП(б), на политику советской власти, и условия жизни трудящихся в Советском Союзе».

В дело вложен «словесный портрет»: «Фигура: полная, плечи: опущены, шея: короткая, цвет волос: темно-русые с проседью, лицо: овальное, лоб: высокий, брови: дугообразные, губы: тонкие, подбородок: прямой…
Особые приметы: на правой ноге имеется шрам от операции. Прочие особенности и привычки (картавит, грызет ногти, жестикулирует, сплевывает) — нет».
А вот фотография, сделанная в 1954 году, перед самым освобождением гражданской жены Колчака. Анне Васильевне здесь 57 лет. (Когда Анну арестовали в первый раз, ей было 27.) На нас смотрит по-прежнему статная красивая женщина с легкой, чуть заметной улыбкой…
Эти руки обнимали адмирала Колчака за час до расстрела? (Отпечатки пальцев А. В. Книпер-Тимиревой из личного дела.)
«Прошу привезти мне коробку грима…»
После освобождения Анна Васильевна возвращается в Рыбинск, в театр. Ей идет уже седьмой десяток, но она продолжает работать.
Руки у Анны Васильевны были золотые. Удивительно талантливый человек, в юности занималась рисунком и живописью в частной студии, позднее в ссылках ей приходилось работать и инструктором по росписи игрушек, и художником-оформителем.
Роскошные резные золоченые рамы для портретов она делала с помощью пропитанных клейстером газет, покрытых бронзовым порошком — из зала это выглядело совершенно достоверно. В одном из спектаклей интерьер украшала громадная ваза. В свете прожекторов она переливалась и сияла, как алмаз. На самом же деле, как вспоминают ветераны театра, ваза была сделана Книпер из обыкновенных проволочек и кусочков консервных банок.
Частенько во время спектаклей Анна Васильевна сидела в зале и отмечала главным образом, как и что смотрится из зала:
— Погляди! Ах как хорош пистолет из дерева! — говорила она гостившему у нее на каникулах племяннику.
Иногда Анна даже выходила на сцену в небольших ролях, например, княгини Мягкой в «Анне Карениной». Правда, в письмах к близким признавалась: «Мне не нравится на сцене и скучно в гримировочной. Я чувствую себя бутафором, а не актрисой ни в какой мере, хотя, кажется, не очень выпадаю из стиля (не комплимент стилю). Очень прошу привезти коробку грима для меня, так как этого здесь нет и приходится побираться, что очень неприятно».
Аккуратная интеллигентная старушка с короткими седыми волосами и яркими живыми глазами. Никто в театре не знал истории Анны Васильевны, ее любовной трагедии, связанной с Колчаком. Только вот почему-то режиссер театра, уважаемый человек, да еще с дворянским происхождением, всякий раз, когда Анну Васильевну видел, подходил и целовал ей руку. С чего бы такие знаки внимания какой-то бутафорше, шептались за кулисами.
Массовка на «Мосфильме»
«Мне 61 год, теперь я в ссылке. Все, что было 35 лет назад, теперь уже только история. Я не знаю, кому и зачем нужно, чтобы последние годы моей жизни проходили в таких уже невыносимых для меня условиях. Я прошу Вас покончить со всем этим и дать мне возможность дышать и жить то недолгое время, что мне осталось», — пишет в 1954 году Анна Васильевна из Рыбинска председателю Совмина Георгию Маленкову. Но реабилитацию она получит только в 1960-м.
Она поселилась в Москве, получив крохотную комнатку в коммуналке на Плющихе. Шостакович и Ойстрах выхлопотали ей «за отца» (выдающегося музыкального деятеля Василия Ильича Сафонова) пенсию — 45 рублей. Снималась в массовке на «Мосфильме» — в «Бриллиантовой руке» Гайдая мелькнула в роли уборщицы, а в «Войне и мире» Бондарчука — на первом балу Наташи Ростовой в образе благородной пожилой дамы.
За пять лет до смерти, в 1970-м, она пишет строчки, посвященные главной любви своей жизни — Александру Колчаку:
Полвека не могу принять —
Ничем нельзя помочь:
И все уходишь ты опять
В ту роковую ночь.
А я осуждена идти,
Пока не минет срок,
И перепутаны пути
Исхоженных дорог…
Но если я еще жива
Наперекор судьбе,
То только как любовь твоя
И память о тебе.
Анну Васильевну Книпер похоронили на Ваганьковском кладбище рядом с родными…

Тимирева Анна Васильевна, урожденная Сафонова,во втором замужестве Книппер, ( 18.07.1893 – 31.01.1975), русская и советская поэтесса, художник

Анна Васильевна Сафонова родилась 18 июля 1893 года в Кисловодске в многодетной семье Василия Ильича Сафонова – русского дирижёра, пианиста, педагога, общественного деятеля, сподвижника П.И. Чайковского. Одно время он был ректором Московской консерватории (1889-1905), главным дирижером Нью-Йоркского филармонического оркестра (1906-1909).

Василий Ильич Сафонов

После переезда семьи в Петербург в 1906 г. обучалась в гимназии княгини Оболенской (закончила в 1911) и занималась рисунком и живописью в частной студии С.М. Зейденберга. Свободно владела французским и немецким.
В 1911 году вышла замуж за морского офицера Сергея Николаевича Тимирёва. В 1914 у них родился сын Владимир.

Сергей Николаевич Тимирев

В 1915 году познакомилась с Колчаком в Гельсингфорсе, куда перевели из Петрограда её мужа. В 1918—1919 гг. в Омске — переводчица Отдела печати при Управлении делами Совета министров и Верховного правителя, параллельно работала в мастерской по шитью белья и на раздаче пищи больным и раненым воинам.

Анна Тимирева. Омск,

Анна развелась с Сергеем Николаевичем и бросила семью и сына ради своего адмирала. С тех пор она стала фактической женой Колчака и старалась как можно реже покидать его. Эти времена позднее она назвала самыми счастливыми в своей жизни. Сквозь ужасы гражданской войны и грязь революции, которые раздирали тогда Россию, они до самого конца хранили взаимную любовь.

Верховный Правитель и Верховный Главнокомандующий адмирал А. В. Колчак за рабочим столом, официальная фотография 1919 г.

После ареста Колчака, ни секунды не сомневаясь, последовала под стражу вслед за ним. Совсем юная девушка, ей было двадцать шесть лет, добивалась выдачи различных вещей и лекарств от директора тюрьмы, ведь Александр был очень болен. Всё это время они не прекращали писать друг другу письма…

Анна Тимирева и Александр Колчак.

Об этой красивой и трагичной истории снята не одна картина. В 1997 году режиссёр Сергей Юрженко завершил документальный фильм «Больше, чем любовь. Романс Колчака». В 2006 году на «Первом канале» показали кино «Адмирал Колчак. Двое над пропастью».

Константин Хабенский и Лиза Боярская в фильме “Адмирал”

В 2008 году в кинотеатрах вышел крупнобюджетный художественный фильм «Адмиралъ», рассказывающей об истории любви Колчака и Тимиревой. Ключевые роли в картине сыграли Константин Хабенский, Лиза Боярская и Сергей Безруков.

В феврале 1920 года Колчака расстреляли. Девушка сразу это почувствовала. Хмурые тюремщики на её вопросы лишь отворачивались, а комендант не смог обмануть её и только сказал, что его увезли. Женское сердце нельзя обмануть – Анна сразу всё поняла, но до последнего пыталась услышать об этом от другого человека просто, чтобы удостовериться, что любимого действительно не стало. Потом до неё дойдёт бумага с заветным именем и строкой «причина смерти: расстрел».

Седьмое февраля

Анна Тимирева

И каждый год Седьмого февраля
Одна с упорной памятью моей
Твою опять встречаю годовщину.
А тех, кто знал тебя, – давно уж нет,
А те, кто живы, – все давно забыли.
И этот, для меня тягчайший, день –
Для них такой же, как и все, –
Оторванный листок календаря.

Находилась в тюрьмах Иркутска и Новониколаевска, освобождена летом 1922 г. в Москве из Бутырской тюрьмы. В 1925 г. арестована и административно выслана из Москвы на три года, жила в Тарусе. В апреле 1935 г. получила по статье 58 пункту 10 пять лет лагерей, которые через три месяца при пересмотре дела заменены ограничением проживания на три года. Возвращена из Забайкальского лагеря, где начала отбывать срок, жила в Вышнем Волочке, Верее, Малоярославце.

За несколько дней до окончания срока ограничения проживания, 25 марта 1938 г., Анна Васильевна была арестована в Малоярославце, и уже в апреле 1939-го осуждена по прежней статье на больший срок — восемь лет лагерей. При отбывании срока в Карагандинских лагерях вначале была на общих работах, затем работала художницей клуба Бурминского отделения. После освобождения из мест заключения проживала за 100-м километром от Москвы — на станции Завидово (Конаковский район) Октябрьской железной дороги. В тот же год (1938) арестовали и её 24-летнего сына от брака с Тимирёвым ― Володю При обыске у него нашли шпагу и пистолет, а в обвинительном заключении назвали его немецким шпионом, якобы, он добывал для Германии информацию о рыбной промышленности в СССР.. Он был осужден по 58-й статье и расстрелян 17 мая 1938 года.

Реабилитирован спустя 19 лет, в 1957 году.

Сын Анны Тимиревой, Владимир

21 декабря 1949 г. вновь арестована в г. Щербакове как повторница без предъявления какого-либо нового обвинения. Десять месяцев провела в тюрьме Ярославля и в октябре 1950 г., без решения суда, отправлена этапом в Енисейск до особого распоряжения. Ссылка снята в 1954-м. Затем находилась в поражении гражданских прав до 1960 г. и проживала в Рыбинске. Между арестами работала библиотекарем, архивариусом, дошкольным воспитателем, чертежником, ретушером, картографом, членом артели вышивальщиц, инструктором по росписи игрушек, маляром, бутафором и художником в театре. Очень часто оставалась безработной и доходом служили случайные заработки. Реабилитирована в марте 1960 г., с сентября того же года на пенсии.

В 1911 — 1918 гг. замужем за С. Н. Тимирёвым. Вторично замужем за В. К. Книппером с 1922 г. (инженер-строитель Всеволод Константинович Книпер (1888 — 1942); до получения ответа прокурора о гибели и реабилитации сына (1957), В. С. Тимирёва, носила двойную фамилию Книпер-Тимирёва.

Книппер Всеволод Константинович

До 1960 — в «минусе» без права проживания в 15 крупных городах СССР. После освобождения жила в Рыбинске, работала художником (бутафором) в местном театре. В Рыбинске многие её знали под прозвищем «Чехова».

Анна Тимирева в последние годы жизни.

Запомнилась весёлым и приятным характером. В 1960 году, после реабилитации, поселилась в Москве. Во второй половине XX века Анна Васильевна работала консультантом по этикету на съемках фильма Сергея Бондарчука «Война и мир», который вышел на экраны в 1966 году.

За пять лет до смерти, в 1970-м, Анна Васильевна написала эти строчки, посвященные главной любви своей жизни – Александру Колчаку

Полвека не могу принять,
Ничем нельзя помочь,
И все уходишь ты опять
В ту роковую ночь.

А я осуждена идти,
Пока не минет срок,
И перепутаны пути
Исхоженных дорог.

Но если я еще жива,
Наперекор судьбе,
То только как любовь твоя
И память о тебе.

Умерла 31 января 1975 года. Похоронена на Ваганьковском кладбище.

Я крепко сплю теперь; не жду за воротами,
Когда в урочный час
За поворотом в лес вдруг грянет бубенцами
Почтовый тарантас. На самом дне души, похоронив тревогу,
Живу, и дни идут,
И с каждым днем трудней размытая дорога,
И все чернее пруд. У этих серых дней душа моя во власти,
У осени в плену.
И кажется порой, что даже грез о счастье
Я больше не верну. *** Над головой сосновый бор
Шумит, внимательный и строгий,
И игол шелковый ковер
Босые чуть щекочет ноги. Здесь хорошо бродить, искать
Грибы в медлительной забаве
И понемногу забывать
О страсти, радости и славе. И, сердцем погружаясь в тьму,
Не бредить счастьем и свободой,
И встретить старости зиму
С холодной ясностью природы. *** Какая нежность беспредельная
В сухой степи осенним днем!
Сияют краски акварельные
Последним гаснущим огнем.
Дороги ровные укатаны,
Атласом лоснится трава.
Улыбка солнца незакатная
Ласкает, как любви слова.
А складки сопок золотистые
Лазурью заливает тень,
И просит сердце, чтобы выстоял
Весь до конца погожий день.
Чтоб меж холмами и низинами,
Где выступает соль, как снег,
Идти весь день дорогой длинною,
Не зная, где найдешь ночлег.
Чтоб было все легко и молодо,
Как сопок голубая мгла.
И чтобы ночь под звездным пологом
Была спокойна и тепла .*** Передо мной, не в маршальском мундире,
Каким для всех запечатлен на век,
А в чем-нибудь помягче и пошире,
По вечерам один в своей квартире
Такой усталый старый человек.
Весь день он был натянут, как струна,
И каждый шаг ему давался с бою,
И вот теперь настала тишина,
Но нет ему отрады и покою.
Приходит он, из тайников стола
Достанет сверток с снимками рентгена
И смотрит, как на них густеет мгла
В растущих пятнах гибельного тлена,
И знает, что ничем нельзя помочь –
Ни золотом, ни знанием, ни славой, –
Что он совсем один с своей державой
И что идет ему навстречу ночь. *** Уходили бабы по обетам
От горшков, ухватов и печей
По дорогам ласкового лета
К золотым крестам монастырей.
Шли в лаптях, с котомкой за плечами
И с краюхой хлеба в дальний путь
Степью и дремучими лесами
Вольной жизнью глубоко вздохнуть.
Утешенье вымолить у Бога,
О нехитром счастье попросить.
Далека нелегкая дорога –
Тянется, как от кудели нить.
А вернувшись, долго вспоминали,
Будто с плеч свалили целый пуд,
Будто легче стали все печали
И отрадней самый тяжкий труд.

Правда об адмирале. История Александра Колчака и Анны Тимиревой

В период перестройки, а также в самом начале 1990-х, когда развенчание старых героев было поставлено на поток, отечественные СМИ поведали удивительно красивую историю любви адмирала Колчака и Анны Тимиревой. Он, борец за свободную Россию, был жестоко расстрелян большевиками, а она, пройдя через десятилетия тюрем и ссылок, до последних дней хранила ему верность.

Фильм «Адмиралъ», вышедший на экраны в 2008 году, окончательно сформировал у обывателей картину великой и трагической любви благородного русского патриота и преданной ему дамы.

Правда не в состоянии бороться с кинокартинкой ценой в 20 миллионов долларов. Начиная рассказ о подлинной истории отношений Александра Колчака и Анны Тимиревой, можно вспомнить фразу, сказанную героиней невероятно популярного в советские годы фильма «Шумный день»: «Любовь часто принижает человека, разрушает его жизнь. Я даже не знаю — во имя любви совершено больше высоких поступков или подлых».

«Все мое лучшее я нес к Вашим ногам, как к божеству моему»

На балу в Морском собрании дочь действительного тайного советника Федора Омирова Софья познакомилась с бравым офицером Александром Колчаком.

Потомственная дворянка, Софья получила блестящее образование в Смольном институте. При этом девушка обладала железным характером и не чуралась тяжелой работы, что впоследствии очень пригодилось ей в жизни.

Волевая и независимая Софья по-женски ослабела перед чарами красавца в морской форме, и согласилась стать его женой. Договорились, что свадьба состоится после экспедиции, в которую отправлялся Колчак.

Вечное ожидание станет судьбой Софьи Федоровны. Еще не став женой, она имела все шансы стать вдовой, когда Колчак ходил по краю в своих полярных экспедициях.

Он писал ей красивые письма: «Прошло два месяца, как я уехал от Вас, моя бесконечно дорогая, и так жива передо мной вся картина нашей встречи, так мучительно и больно, как будто это было вчера. Сколько бессонных ночей я провел у себя в каюте, шагая из угла в угол, столько дум, горьких, безотрадных… без Вас моя жизнь не имеет ни того смысла, ни той цели, ни той радости. Все мое лучшее я нес к Вашим ногам, как к божеству моему, все свои силы я отдал Вам…». В честь невесты были названы остров и мыс.

Одна экспедиция перешла в другую, и поженились они только спустя 4 года. Венчание в Свято-Харлампиевском храме в Иркутске стало минутой радости перед новым прощанием — Колчак отправлялся на русско-японскую войну.

Софья и Александр Колчак. Кадр youtube.com

«Твоя любящая Соня»

Потери, боль и страдания Софья Колчак всегда будет принимать на себя. Их первая дочь никогда не увидит отца — девочка умерла, не прожив и месяца, пока отец продолжал свою миссию на Дальнем Востоке.

В 1910 году Софья родит мужу сына Ростислава, в 1913 году дочь Маргариту. Странный брак «по переписке» был тяжелым испытанием для жены, но она продолжала писать мужу письма, полные тепла: «Дорогой Сашенька! Славушка начинает много говорить, считать и поет себе песни, когда хочет спать… Как твои дела? Где ты теперь? Как прошли маневры и цел ли твой миноносец? Я рада, что ты доволен своим делом. Я боюсь, не было бы войны, тут об этом много говорили. Читала роман о генерале Гарибальди по-итальянски. Вышиваю и считаю дни. Пиши про себя. Твоя любящая Соня».

Начало Первой Мировой войны обернется для Софьи Колчак новой трагедией. Семьи офицеров флота жили в Либаве, которая очень быстро оказалась под угрозой захвата немцами.

Никакой организованной эвакуации не было, и Софья Колчак с двумя маленькими детьми на руках вынуждена была бежать, бросив все имущество.

Благородный морской офицер палец о палец не ударил, чтобы помочь жене и детям. Оно и понятно, война требует самоотречения.

Цена за это была высокой — маленькая Рита, простудившись в дороге, умерла на руках матери в Гатчине. Рядом с Софьей Колчак не было никого, кто бы мог помочь пережить горе. Был только сын Ростислав, и Софья, собрав в волю в кулак, не дала себе сойти с ума.

Жена боевого друга

Она верила в то, что нужна не только сыну, но и мужу. Наверное, где-то в душе надеялась, что Александр поможет ей справиться с потерей второй дочери. Ошиблась.

В январе 1915 года Александр Колчак отправлялся из Петрограда к месту службы в Гельсингфорс. Купе поезда с ним делил Сергей Николаевич Тимирёв, однокашник, сослуживец и друг. Во время учебы в Морском корпусе они состояли в одной роте: Колчак — фельдфебелем, Тимирев — унтер-офицером. Потом им довелось вместе поучаствовать в обороне Порт-Артура. Сергей Тимирев, который был на год младше Колчака, всегда относился к нему с большим уважением.

Провожать Тимирева на вокзал приехала жена Анна.

Аня Сафонова, дочь известного русского дирижера и пианиста, вышла замуж за морского офицера Сергея Тимирева, когда ей исполнилось 18 лет. В октябре 1914 года у пары родился сын, которого назвали Владимиром.

Вряд ли Сергею Тимиреву могло прийти в голову, чем грозит ему та встреча на вокзале.

Спустя пару месяцев Анна Тимирева приедет к мужу в Гельсингфорс, чтобы, как она вспоминала, «осмотреться и подготовить свой переезд с ребёнком».

Офицеры приглашали сослуживцев к себе на вечера, и на одной из таких встреч Колчак долго общался с женой друга.

Кадр youtube.com

«Их роман красив для романистов»

К весне 1915 года Анна Тимирева переехала в Гельсингфорс, и ее встречи с Колчаком начали носить систематический характер.

«Где бы мы ни встречались, всегда выходило так, что мы были рядом, не могли наговориться, и всегда он говорил: „Не надо, знаете ли, расходиться — кто знает, будет ли ещё когда-нибудь так хорошо, как сегодня“. Все уже устали, а нам — и ему, и мне — всё было мало, нас несло, как на гребне волны», — вспоминала она.

А в это время здесь же в Гельсингфорсе, находилась Софья Колчак. Биограф Александра Колчака Павел Зырянов пишет: «Все это видели, всё замечали, и пересуды, конечно, были неизбежны. Внешне две женщины сохраняли дружеские отношения. Что происходило в семействах, нам, к счастью, неизвестно».

Ростислав Колчак, сын адмирала, много лет спустя отказывался понимать отца: «Их роман красив для романистов. Но когда двое людей, обвенчанные с другими в церкви, считающие себя православными, на глазах у всех предаются своим порывам, это выглядело странно!»

Липкая история предательства

И что же красивого в этой истории? Александр Колчак не просто предает жену, ради него пережившую невероятные испытания, он еще и делает это публично, на глазах у всех.

В среде русского офицерства крутить роман с женой сослуживца считалось низостью. А Колчак поступил так не просто с сослуживцем, а с другом.

Анна Тимирева не просто изменила мужу, но предала и сына, которому в тот момент не было и года.

Нам известно, что Анна Тимирева сопровождала Колчака, ставшего де-факто ее гражданским мужем, вплоть до его расстрела. Ее супруг, покорно снося унижение, продолжал служить в подчинении Колчака и во время Гражданской войны, занимая почти виртуальный пост командующего Морскими силами белого движения на Дальнем Востоке.

Трагедия Владимира Тимирева

А что же их сын, Володя? Пока мать следовала за своим любовником, Вова Тимирев жил в Кисловодске у дедушки с бабушкой. Мальчику пришлось пережить смерть обоих родственников, после чего он остался на попечении практически чужих людей. Лишь в 1922 году Анна Тимирева, выпущенная из тюрьмы, заберет сына в Москву.

У Владимира Тимирева была трагическая биография. Хотя поначалу казалось, что проблемы матери с властями обойдут его стороной. Он закончил среднюю школу в московских Хамовниках, затем учился в Строительно-конструкторском техникуме, потом — в Московском архитектурно-конструкторском институте.

Владимир Сергеевич стал членом Союза художников СССР, в Москве состоялась его персональная выставка.

23-летнего талантливого парня погубила любовь. Он имел неосторожность влюбиться в Наташу Кравченко, дочь видного советского художника. Родители девушки были против их отношений. Ксения Степановна Кравченко, мама Наташи, которая, к слову, сама была дворянского происхождения, предупредила Тимирева: если не отстанешь от дочери, «я приму свои меры».

Молодой и пылкий Владимир предупреждению не внял, и добился от возлюбленной обещания выйти за него замуж. И тогда опытная дама написала донос в НКВД, в котором сообщила, что Тимирев общается с водителем посольства Германии.

На дворе была весна 1938 года, самый разгар «большого террора». Рядом не оказалось никого, кто бы мог отвести беду от Владимира. А тут еще похождения матери, и статус «пасынка Колчака».

17 мая 1938 года Владимир Тимирев был приговорен к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 28 мая 1938 года.

Отец, Сергей Тимирев, о трагической судьбе сына не узнал — он умер от рака горла в эмиграции в Шанхае в июне 1932 года.

Жена Колчака Софья с сыном Ростиславом и внуком Александром. Франция, 1939 год. Фото: Кадр youtube.com

«Последнее предупреждение»

Софья Колчак в последний раз виделась с мужем в мае 1917 года, в Севастополе, который в тот момент был местом его службы. Она проводила его в командировку в Петроград, из которой он уже не вернулся.

Она ждала его в Севастополе, когда он уже стал одним из лидеров Белого движения. Софья рисковала быть арестованной едва ли не каждую минуту. Приходившие весточки сообщали, что муж жив, но место жены де-факто теперь занято Анной Тимиревой.

Ей, а не жене, писал теперь Колчак нежные письма: «Как хотел бы я послать Вам эти цветы — это не фиалки и не ландыши, а действительно нежные, божественно прекрасные, способные поспорить с розами. Они достойны, чтобы, смотря на них, думать о Вас…»

А жене в октябре 1919 года Колчак адресовал следующее письмо: «Мне странно читать в твоих письмах, что ты спрашиваешь меня о представительстве и каком-то положении своем как жены Верховного правителя… Ты пишешь мне все время о том, что я недостаточно внимателен и заботлив к тебе. Я же считаю, что сделал все, что я должен был сделать. Все, что могу сейчас желать в отношении тебя и Славушки, чтобы вы были бы в безопасности и могли бы прожить спокойно вне России настоящий период кровавой борьбы до Ее возрождения… Прошу не забывать моего положения и не позволять себе писать письма, которые я не могу дочитать до конца, т. к. я уничтожаю всякое письмо после первой фразы, нарушающей приличие. Если ты позволяешь слушать сплетни про меня, то я не позволяю тебе их сообщать мне. Это предупреждение, надеюсь, будет последним.

Пока до свидания. Твой Александр».

Наказание жизнью

Адмирал, деля постель с любовницей, выносил жене «последнее предупреждение» за попытки разобраться в том, что происходит в их отношениях.

Софье Федоровне Колчак удалось вместе с сыном покинуть Россию. Они осели во Франции. Эта стойкая женщина не стала сводить счеты с мертвым мужем-предателем, хотя ей уж точно было что рассказать об Александре Колчаке.

Во время Второй Мировой войны Ростислав Колчак, воевавший в рядах французской армии, попадет в плен к немцам. И снова Софья Федоровна будет ждать и надеяться, и на сей раз дождется — сын вернется из плена живым.

Вдова Колчака умрет во Франции весной 1956 года. Спустя девять лет не станет Ростислава Колчака.

Анна Тимирева, несмотря на долгие годы, проведенные в тюрьмах и ссылках, переживет абсолютно всех участников этой драмы. И оставит воспоминания о своей любви, над которыми будут лить слезы впечатлительно настроенные граждане.

Но «Любовь часто принижает человека, разрушает его жизнь. Я даже не знаю — во имя любви совершено больше высоких поступков или подлых».

Анна Тимирева

Биография

Анна Васильевна Тимирева (в девичестве – Сафонова) – русская поэтесса и художница, последняя жена адмирала Александра Колчака, которая после его поимки силами красных в начале 1920 года самовольно решила пойти под арест вместе с ним.

Анна Васильевна Сафонова появилась на свет 18 июля 1893 года в Кисловодске. Она была шестым ребёнком в многодетной семье Василия Сафонова — учителя музыки, пианиста и дирижёра, который некоторое время был директором Московской консерватории.

Анна Тимирева в молодости | Musicslist

Когда Анне было 13 лет (1906 год), ее семья отправилась в Санкт-Петербург. В северной столице Анна выпустилась из гимназии в 1911 году, после чего её взял в жёны морской офицер Сергей Николаевич Тимирев.

Анна родила сына Владимира в 1914 году, а год спустя, будучи в Гельсингфорсе, в котором был расквартирован её муж, впервые встретилась с Александром Колчаком. Это событие полностью изменило их жизни. Они вмиг влюбились, как в книжках – с первого взгляда, но признались друг другу далеко не сразу.

Карьера

В 1918 году Анна Тимирева работала переводчицей печатного отдела при Совете министров и Верховном правителе в городе Омске. В дополнение к этому, женщина трудилась в мастерской по изготовлению белья и стояла на раздаче продовольствия покалеченным и больным солдатам. Позднее, уже при советской власти, стала известна как поэтесса, издавала свои стихи о Колчаке.

Личная жизнь

Адмирал Колчак был женат, и к тому же был на девятнадцать лет старше Анны. Он ходил в плавания по водам четырех океанов, входил в двадцать морей и заработал множество как отечественных, так и зарубежных наград и орденов. Александр Колчак считался талантливым флотоводцем и очень патриотичным человеком. Непонятно, что связывало его с Анной, юной замужней художницей, но чувства нельзя обмануть.

Александр Колчак | Сплетник

Начиная с их первой встречи до самого ареста адмирала, в течение долгих пяти лет, душой влюблённые всегда были друг с другом, несмотря на то, что могли не видеться месяцами. И у Анны и у Александра были собственные семьи. Многие догадывались о чувствах гениального флотоводца к Тимиревой, но вслух предположения высказывать никто не осмеливался. Муж Анны, как и жена Колчака, делали вид, что ничего не замечают, возможно, надеясь, что со временем их чувства угаснут.

Анна Тимирева | У дуба

В 1938 году был расстрелян первый и единственный сын Анны – Владимир. При обыске у него нашли шпагу и пистолет, а в обвинительном заключении назвали его немецким шпионом, якобы, он добывал для Германии информацию о рыбной промышленности в СССР. Годы спустя (в 1958 году) Анна добилась реабилитации убитого ребёнка.

Развод с мужем

Тимирева и Колчак общались по переписке. Они писали друг к другу с удивительным уважением и благородством, кажущимися непонятными для современных реалий: обращались друг к другу всегда на «вы» и по имени-отчеству. «Милая, дорогая Анна Васильевна…» — с этих строк Колчак обычно начинал письма. Когда она раскрыла ему свои чувства, Александр вложил всю душу в ответ: «Я Вас больше чем люблю…».

Анна Тимирева | Черновики историка

Анна развелась с Сергеем Николаевичем и бросила семью и сына ради своего адмирала. С тех пор она стала фактической женой Колчака и старалась как можно реже покидать его. Эти времена позднее она назвала самыми счастливыми своей жизни. Сквозь ужасы гражданской войны и грязь революции, которые раздирали тогда Россию, они до самого конца хранили взаимную любовь.

Арест Колчака и годы ссылок

После ареста любимого Анна, ни секунды не сомневаясь, последовала под стражу вслед за ним. Совсем юная девушка, ей было двадцать шесть лет, добивалась выдачи различных вещей и лекарств от директора тюрьмы, ведь Александр был очень болен. Всё это время они не прекращали писать друг другу письма…

Анна Тимирева | Черновики историка

В феврале 1920 года его расстреляли. Девушка сразу это почувствовала. Хмурые тюремщики на её вопросы лишь отворачивались, а комендант не смог обмануть её и только сказал, что его увезли. Женское сердце нельзя обмануть – Анна сразу всё поняла, но до последнего пыталась услышать об этом от другого человека просто, чтобы удостовериться, что любимого действительно не стало. Потом до неё дойдёт бумага с заветным именем и строкой «причина смерти: расстрел».

Анна Тимирева в последние годы

Смерть адмирала не стала для Анны Васильевны единственным источником страданий. Ей предстояло ещё около тридцати лет провести в лагерях, тюрьмах и всевозможных ссылках. Счастье в итоге её жизнь покинуло навсегда, на последних фото видны её потухшие глаза. Она скончалась в восемьдесят два года, после себя оставив гору тетрадей со стихами и часть писем, зачитанных до дыр.

Биографические фильмы

Об этой красивой и трагичной истории снята не одна картина. В 1997 году режиссёр Сергей Юрженко завершил документальный фильм «Больше, чем любовь. Романс Колчака». В 2006 году на «Первом канале» показали кино «Адмирал Колчак. Двое над пропастью».

Константин Хабенский и Лиза Боярская в фильме «Адмирал» | Livestory

В 2008 году в кинотеатрах вышел крупнобюджетный художественный фильм «Адмиралъ», рассказывающей об истории любви Колчака и Тимиревой. Ключевые роли в картине сыграли Константин Хабенский, Лиза Боярская и Сергей Безруков. Картину положительно встретили и взрослые, и дети, так что на «Первом канале» позднее продемонстрировали сериал на её основе.

LiveInternetLiveInternet

Цитата сообщения Софи_Марссо История любви А.В. Колчака и А.В.Тимиревой

Я понимаю, что это фильм «Адмирал» создал такой романтический образ вокруг имени Александра Васильевича Колчака, но благо, хоть так мы возвращаемся к своей истории, которая много лет была под запретом. Спасибо создателям фильма и актерам, котрые помогли нам увидеть иную сторону революции и гражданской войны и показать судьбы людей на фоне всей этой трагедии. Ведь все мы люди одинаковы, даже в войну и времена великих бедствий нам хочется любить и быть любимыми.

Колчак Александр Васильевич (1871-1920) — российский военный деятель, ученый, писатель. Участник полярных экспедиций 1900-1903 и 1908-1911 гг. Во время русско-японской войны командовал эсминцем и батареей в Порт-Артуре. Участник первой мировой войны. Как командующий Черноморским флотом (с июля 1916 г.) готовил флот для захвата Константинополя весной 1917 г. После Октябрьской революции один из лидеров «Белого движения»: установил в Сибири военную диктатуру и принял титул «Верховного правителя Всероссийского правительства» в Омске (ноябрь 1918 г. — декабрь 1919 г.). Зимой 1918 г.- летом 1919 г. организовал наступление для захвата Москвы и низложения Советского правительства, но потерпел поражение. Бежал из Омска в Иркутск. Расстрелян по приговору Иркутского Ревкома, санкционированному большевистским центром.

С момента знакомства до расстрела прошло пять лет. Большую часть времени они жили порознь — у каждого семья, у обоих — сыновья. Не виделись месяцами, однажды — год. На костюмированном балу она подарит ему (и еще нескольким знакомым) свое фото «в русском костюме» — его мы публикуем сегодня. И много месяцев спустя друг дома расскажет Анне Васильевне, что этот снимок висит в каюте Колчака. А еще он всюду возит с собой ее перчатку.
Она первой призналась ему в любви — с откровенностью пушкинской Татьяны и решительностью своей тезки Карениной. «Я сказала ему, что люблю его». И он, уже давно и, как ему казалось, безнадежно влюбленный, ответил: «Я не говорил вам, что люблю вас». — «Нет, это я говорю: я всегда хочу вас видеть, всегда о вас думаю, для меня такая радость видеть вас». И он, смутившись до спазма в горле: «Я вас больше чем люблю». Пройдет еще три года, и они будут видеться — на глазах у всех и тайно, урывками. И все будут знать об этой любви, а Софья Колчак, жена адмирала, признается подруге: «Вот увидишь, он разведется со мной и женится на Анне Васильевне». Тимирева разведется с мужем в 1918 году и с этого момента станет его гражданской женой. Ей было 25 лет, ему — 43. Его семья уже давно во Франции…
«Тимирева была очень живой, остроумной и обаятельной женщиной. Помимо женского очарования Колчака, восхищали ее острый ум и интерес к политике», — говорит профессор кафедры истории России РГПУ им. Герцена Анатолий Смолин, готовивший к изданию письма Тимиревой к Колчаку.
Она и в тюрьму Иркутска пошла за Колчаком, самоарестовавшись, чтобы поддержать. — Чтобы помочь ему и в последние дни сохранить достоинство.

Тимирева Анна Васильевна родилась в 1893 году в Кисловодске, в семье известного музыканта Сафонова. В 1906 году семья переехала в Петербург, где Анна Васильевна окончила гимназию княгини Оболенской (1911 г.) и занималась рисунком и живописью в частной студии С.М. Зейденберга. Свободно владела французским и немецким. В 1911-1918 гг. — замужем за С.М. Тимиревым. В 1918-1919 годах — переводчица Отдела печати при Управлении делами Совета министров и Верховного правителя. Самоарестовалась после ареста Колчака в январе 1920 года. Освобождена в том же году по октябрьской амнистии. В мае 1921 года вторично арестована. Аресты и ссылки в 1922, 1925, 1935, 1938 и 1949 годах. До 1960-го — в «минусе» без права проживания в 15 крупных городах СССР. В промежутках между арестами работала библиотекарем, архивариусом, маляром, бутафором в театре, чертежницей. Реабилитирована в марте 1960 года. Умерла в 1975 году.

Ее вын Владимир стал успешным художником. Был арестован в 1938 году и расстрелян за переписку с отцом, который в это время жил в Китае.

Первая встреча Рождение мечты. Первая встреча Колчака и Анны Тимиревой
Анна Тимирева и Александр Колчак познакомились в 1915 году в Гельсингфорсе, куда перевели из Петрограда ее мужа, морского офицера Сергея Тимирева.
Первая встреча — в доме контр-адмирала Подгурского, общего знакомого Колчака и Тимирева, — определила их дальнейшую судьбу: «Нас несло, как на гребне волны», — писала Тимирева впоследствии.
Конечно, видеться открыто они не могли: у каждого семья, у обоих — сыновья. Порой не виделись месяцами, а встречаясь, не находили слов, чтобы говорить о главном, что их соединило. Однажды на костюмированном балу она подарила ему (и еще нескольким знакомым) свое фото в русском костюме. И много месяцев спустя Подгурский рассказал Анне Васильевне, что этот снимок висит в каюте Колчака. А еще он всюду возит с собой ее перчатку. В фильме «Адмиралъ» есть кадры, воспроизводящие этот исторический сюжет: на столе в каюте адмирала стоит портрет прелестной молодой женщины в русском наряде.
Она первой призналась ему в любви — с откровенностью пушкинской Татьяны и решительностью своей тезки Карениной. «Я сказала ему, что люблю его». И он, уже давно и, как ему казалось, безнадежно влюбленный, ответил: «Я не говорил вам, что люблю вас». — «Нет, это я говорю: я всегда хочу вас видеть, всегда о вас думаю, для меня такая радость видеть вас». И он, смутившись до спазма в горле: «Я вас больше чем люблю».
Гельсингфорсские встречи продолжались чуть более года. 28 июня 1916 года контр-адмирал Колчак был произведен в вице-адмиралы и назначен командующим Черноморским флотом. Он уехал в Севастополь. Казалось, все кончено. Но 16 июля она получила письмо. «Был теплый, пасмурный, июльский вечер… Знаете, Александр Васильевич милый, если бы упала бомба с неба, это не произвело бы большего эффекта!.. Господи, как я была рада тогда! Я помню, как долго сидела с письмом, решительно не в состоянии его прочесть и только думая, что Вы вспомнили и написали мне скорее, чем я ждала и могла ждать этого», — вспоминала Анна Васильевна. Потом — только письма, и долгожданная встреча лишь в апреле 1917 года.
Прошло еще почти три года. Они виделись — на глазах у всех и тайно, урывками. И все знали об этой любви, а Софья Колчак, жена адмирала, призналась подруге: «Вот увидишь, он разведется со мной и женится на Анне Васильевне». Она развелась с Сергеем Николаевичем Тимиревым в 1918 году и с этого момента стала гражданской женой Колчака. С момента их знакомства до его расстрела прошло пять лет. Ей было 25 лет, ему — 43.

Роман в письмах. Переписка Колчака и Тимиревой
Письма А. В. Тимиревой А.В. Колчаку за период с 18 июля 1916 года по 17–18 мая 1917 года, — их всего 53 — хранятся в Российском государственном архиве Военно-морского флота.
Сюда они переданы в 1918 году начальником Статистического отдела Морского генерального штаба (МГШ) капитаном 2-го ранга В. В. Романовым. Он являлся близким другом Колчака и Тимиревой и, когда началась переписка, был их доверенным лицом. Через него, по каналам МГШ, проходила часть их корреспонденции из Петрограда в Севастополь.
До начала переписки отношение Тимиревой к эпистолярному жанру было скептическим: «Раньше письмо казалось… мертвой и малоговорящей вещью». Однако произошедшее расставание кардинально изменило ее взгляд на этот предмет. «Вообще я корреспондент из рук вон плохой, — писала она, — и если пишу Вам так часто и такие длинные письма, то это единственное в своем роде исключение из правил, никому и никогда я не писала с такой радостью и легкостью, как Вам, милый Александр Васильевич». Однако и Колчак никому не писал так, как Анне Васильевне. Тимирева дорожила посланиями Колчака, хранила их все и прилагала максимум усилий к продолжению переписки.
Переписка с Колчаком стала для Тимиревой смыслом существования. «Без Ваших писем мне было бы страшно и очень грустно жить», — писала она. Листки почтовой бумаги с мелким неразборчивым почерком приносили ей радость, поднимали настроение, давали надежду. И стоило заветному конверту задержаться в пути, как тревога и мрачные мысли поселялись в ее душе. Теперь она постоянно находилась в состоянии ожидания. «В час, когда должен прийти почтальон, дежурю у окна и выхожу ему навстречу – это достойно гимназистки maximum 5-го класса и очень глупо», — писала она. Конечно, переписка не могла заменить живого общения и полностью преодолеть вынужденное одиночество. Тем сильнее становилась жажда личных встреч. В фильме есть характерный эпизод: Колчак в каюте читает долгожданное письмо.
Письменное общение было весьма интенсивным. За 1916 год написано 28 писем, еще 25 за 1917-й. Частота, с которой велась переписка, делает ее подобной дневникам. Однако не всe из написанного Анна Васильевна отсылала своему корреспонденту: некоторые письма летели в корзину. О причине этого она говорила так: «Смертельно боюсь надоесть Вам своей корреспонденцией» и добавляла: «Не все, что думаешь, можно говорить и особенно писать». Она знала, что адмирал – человек мнительный и склонный искать в ее посланиях скрытый подтекст. Что касается писем, не отправленных в период Февральской революции, то Тимирева объясняла это устареванием информации из-за возросшего темпа жизни.
Практически все письма написаны А. В. Тимиревой ночью. И только два из 53 писем написаны утром. Выбор позднего времени она объясняла так: «Днем я как-то не люблю Вам писать – слишком развлекает суета и шум кругом». В поздние часы, оставаясь наедине с собой, Анна Васильевна ставила перед собой фотографию А.В. Колчака и начинала неспешную беседу с ним, перечитывая наиболее понравившиеся письма.
Переписка Тимиревой и Колчака не являлась тайной для окружающих. И, несмотря на колкие замечания знакомых и предупреждения друзей, на закономерное раздражение мужа, Анна Васильевна не прерывала ее. Она обладала сильным и самостоятельным характером, в чем и признавалась Колчаку: «Я не отличаюсь кротостью». По сути, в течение нескольких лет это был роман в письмах — их соединяли листки почтовой бумаги, которым они доверяли свои мысли и чувства.

Мужской разговор. Колчак и Тимирев
В начале 1915 года в штаб Балтийского флота был назначен на должность флаг-капитана по распорядительной части капитан 1-го ранга Сергей Николаевич Тимирев, давний знакомец и однокашник А.В. Колчака еще по Морскому кадетскому корпусу.
Офицеры были почти ровесниками и, как бывшие портартурцы, к тому же вместе находившиеся в японском плену в Нагасаки, очень быстро сошлись по службе. Сам Сергей Николаевич и стал инициатором знакомства Колчака со своей молодой женой — Анной Васильевной Тимиревой…
Сергей Николаевич Тимирев происходил из дворян Санкт-Петербургской губернии и был потомственным моряком. Его отец, Николай Иванович Тимирев имел чин капитан-лейтенанта, а мать, Екатерина Порфирьевна, была дочерью губернского секретаря — чиновника не слишком высокого ранга.
Родился С.Н. Тимирев 14 мая 1875 года. В 1895 году окончил Морской кадетский корпус и был назначен на Балтийский флот. Сергей Николаевич служил на крейсерах «Вестник», «Россия» и «Рында», императорской яхте «Полярная Звезда», на эскадренных броненосцах «Император Александр III» и «Победа».
Во время службы на «Победе» Тимирев участвовал в обороне Порт-Артура. Защищая крепость, он отличился в боях на сухопутном фронте, где получил тяжелое ранение. За проявленное мужество и героизм Сергей Николаевич получил высокую награду — Золотое оружие «За храбрость». Такой же награды был удостоен за участие в Русско-японской войне и А. В. Колчак. После возвращения из японского плена, длившегося более года, Тимирева назначили помощником старшего офицера эскадренного броненосца «Цесаревич», а через некоторое время — старшим офицером императорской яхты «Штандарт». Служба придворного моряка была для боевого офицера в тягость. По свидетельству хорошо знавших этого деликатного человека сослуживцев, Тимирев, всегда выдержанный и корректный, стал в ту пору резким и раздражительным.
По счастью, служба на «Штандарте» продолжалась недолго. В 1912 году Сергей Николаевич стал командиром учебного судна «Верный». Эту должность он исполнял до 1915 года, пока не получил назначения в штаб Балтийского флота.Капитан 1-го ранга С. Н. Тимирев предпочитал штабной работе ратный труд. Он выходил в море на борту боевых кораблей, принимая непосредственное участие в самых рискованных операциях. Апофеозом стало его участие в Моонзундском сражении в должности командира крейсера «Баян» — флагманского корабля 1-й бригады крейсеров. В октябре 1917 года «за отличия в делах против неприятеля» Тимирев получил чин контр-адмирала и был назначен командиром бригады крейсеров — лучшего боевого соединения на Балтике. В иное время такое назначение предопределило бы блестящее будущее любого талантливого флотского офицера, но, к сожалению, Балтийский флот, как реальная боевая сила, доживал в то время свои последние дни…После октября 1917 года контр-адмирал С. Н. Тимирев некоторое время продолжал служить на флоте в прежней должности, но вскоре был уволен в отставку и перебрался из Гельсингфорса в Петроград. Остаться без работы в большевистской России было для вчерашнего адмирала смерти подобно. Однако вскоре Тимирев, не без участия своих друзей, получил должность уполномоченного Центрального военно-промышленного комитета по ликвидации имущества морского ведомства на Дальнем Востоке. Ни дня не медля, он вместе с супругой отбыл к новому месту службы, во Владивосток. Осенью 1918 года Сергей Николаевич возглавил Морские силы правительства адмирала А.В. Колчака. После разгрома Белого движения в Сибири и на Дальнем Востоке контр-адмирал Тимирев эмигрировал в Шанхай. Здесь он устроился в компанию «Фармер компани» и довольно продолжительное время плавал на ее судах сначала помощником, а потом капитаном. Последним кораблем в морской судьбе Тимирева стал китайский пароход «Хайшунь». С борта этого судна Сергея Николаевича, тяжело больного раком горла, списали в апреле 1932 года, а уже в конце мая его не стало… Похоронен на кладбище Лу-Кавэй, снесенном в 1950-х годах. Был награжден семью отечественными и десятью иностранными орденами и, как уже упоминалось, Почетным оружием – Золотой саблей.

В некрологе, опубликованном в журнале «Часовой», который издавался русскими эмигрантами в Брюсселе, о С.Н. Тимиреве были напечатаны такие строки: «Кристальная, бескомпромиссная честность и благородство в мыслях были его отличительными качествами. Наряду с требовательностью и пунктуальностью… он был проникнут благожелательностью и сердечной добротой, и этим… привлекал к себе сердца простых людей, матросов, оставшихся верными ему даже в дни революционного угара и озверения…»
В эмиграции Сергей Николаевич Тимирев написал книгу «Воспоминания морского офицера», охватывающую период службы с начала Первой мировой войны до января 1918 года. Это прекрасно написанные и очень интересные мемуары, дающие читателю представление о реалиях того трагического и, вместе с тем, героического времени. К чести автора, в книге он ни словом не обмолвился о своей личной драме, хотя разрыв с супругой переживал очень тяжело.

Мудрость и Благодать. Софья Колчак и Анна Тимирева

«Вот увидишь, он разведется со мной и женится на Анне Васильевне», — писала Софья Федоровна Колчак подруге, когда роман ее мужа с Тимиревой только начинался.

Ни для нее, ни для Сергея Николаевича Тимирева это не было секретом. Да они и не делали тайны из своей переписки: в любом случае письма проходили через цензуру — шла война. Тимирева даже иронизировала по этому поводу: в цензуре служили офицерские жены, и они «тоже были в курсе всех дел». В той открытости не было ничего демонстративного или вызывающего — Колчак и Тимирева просто игнорировали «привходящие обстоятельства». Они были выше их, они не могли иначе. Ее муж и его жена находили в себе терпение и такт, чтобы не усиливать напряжение, не унижать себя и свои «половины» выяснением отношений. Потому что тоже любили…

Тимиревы и Колчаки дружили семьями, и эта искренняя, непоказная приязнь чувствуется и в переписке. «Вернулся из Моонзунда Сергей Николаевич, пробывший там около месяца, на днях его, вероятно, ушлют обратно… А пока мы очень много времени проводим втроем с Софьей Федоровной. По-видимому, она собирается скоро ехать к Вам в Севастополь. Я рада, что Вам не будет так одиноко тогда, Александр Васильевич, но это чувство относится к области чистого альтруизма, так как для меня лично отъезд Софьи Федоровны — еще одна большая утрата, я люблю ее нежно и буду очень скучать без нее», — признавалась Тимирева.

Через несколько дней — снова сожаление: «Послезавтра уезжает Софья Федоровна, мне очень грустно это, я никого из своих знакомых дам не люблю как ее. Кроме того, это обрывается последняя живая связь с Вами, дорогой Александр Васильевич… Я послала Вам с Софьей Федоровной подарок». В этих строках — ни тени «женской дипломатии», ни йоты политеса: Тимирева действительно относилась к жене своего возлюблен ного без ревности и зависти. Потому, что это был его выбор, и потому, что она тоже его любила. «Я смотрю на Вашу фотографию, и вот что думаю — она страшно похожа на большую птицу датского фарфора, стоящую у Софьи Федоровны на столе. Этот фарфоровый сокол или кречет — просто Ваше символическое изображение, я люблю на него смотреть». И Софья Федоровна тоже любила на него смотреть, тоже находила его схожим с мужем, потому и держала на своем столе. Уже после приезда Софьи Колчак к мужу на Черноморский флот началась и активная женская переписка между Ревелем, где осталась Тимирева, и Севастополем.

Они обменивались новостями о подрастающих детях. Характерно, что о сыне Колчака Анна Васильевна пишет с теми же эпитетами, с той же нежностью, что и о своем, которого с тоской отпускает к своим родителям на лето в Кисловодск, «к солнцу», о шалостях которого восторженно и подробно сообщает Колчаку. «Вчера очень мило катались на авто вдвоем со Славушкой. Он до того на Вас похож, что не могу смотреть без смеха на Вас в таком маленьком виде…» И после отъезда Софьи Колчак с сыном в Севастополь, в ответ на его письмо с рассказом о «морских радостях» ребенка: «Я всегда любила Вашего мальчика и вспоминаю его — он наверно совсем меня забыл, а то я попросила бы Вас поцеловать его от меня».

Об отношениях с мужем: «У меня на столе стоят три Ваших портрета, так что Сергей Николаевич слегка надо мной глумится — Вашу последнюю фотографию я спрячу в ящик, чтобы окончательно не превратить своей комнаты в музей Вашего имени…»

А повседневная жизнь текла своим чередом, и Анна Васильевна, радуясь возвращению мужа из очередного рейда, шла покупать с ним рождественские игрушки и слушала «его рассказы почти о каждой операции, в которой Вы бывали», — сообщала Тимирева Колчаку. Муж вновь уезжает в Ревель, где происходят матросские волнения, где продолжается развал флота, и Тимирева, находящаяся с маленьким сыном у родственников в Петрограде, жалуется своему любимому адресату: «От Сергея Николаевича ни звука, что меня очень тревожит». И позже, когда почтовая связь с Тимиревым восстановлена: «Сергей Николаевич старается писать мне бодрые письма даже юмористического характера, но шито белыми нитками, что ему очень трудно. Он очень тронул меня тем, что писал мне все, что знал о Вас, зная, что мне это важно, а узнать в сущности неоткуда. Как только получу разрешение на выезд, еду в Ревель, сына пока придется оставить здесь. Я не хочу дольше оставлять Сергея Николаевича одного в такое время». Муж для нее по-прежнему родной, близкий человек, теплая привязанность к которому сохраняется неизменной. У Колчака с женой — такие же отношения. Любовь, захлестнувшая Тимиреву и Колчака — в прямом и переносном смысле, — в другом измерении.

В этой сложной истории не было места грязи и лжи. Все ее участники оказались достойны друг друга, им хватило честности и благородства не противиться неизбежному и не пятнать прошедшее. Их любовь была настоящей.

…София в переводе с греческого — мудрость, Анна в переводе с древнееврейского — благодать.

Вдали обещанная встреча. Тимирева и Колчак в Петрограде

В апреле 1917 года после почти девятимесячной разлуки Тимирева и Колчак наконец встретились в Петрограде, где адмирал находился по вызову Временного правительства.

Именно здесь он узнал об отмене Босфорской операции, с которой связывал свою будущую научную и военную карьеру. В это время овладение Константинополем и его проливами стало для Колчака почти идеей фикс. После гибели в ноябре 1916 года флагманского корабля Черноморского флота «Императрица Мария», в которой Колчак винил только себя, отмена Босфорской операции казалась Колчаку крахом карьеры. Будучи на грани нервного срыва, он писал Анне Васильевне: «Пожалейте меня!» А после не мог простить себе этой слабости, почти настаивая на разрыве: «В несчастье я считаю лучше остаться одним… Несчастье должно возбуждать что-нибудь вроде презрения», — писал Колчак Тимиревой. Такая откровенность привела ее в смятение. Она опасалась, что, выйдя из кризиса, он не простит себе проявления слабости и это приведет к разрыву. Колчак считал, что «милостивое и снисходительное» отношение Анны Васильевны к нему основано лишь на его военных заслугах и высоком звании и, исчезни они, она потеряет к нему интерес.

В фильме «Адмиралъ», в сцене, когда в Гельсингфорсе Тимиревой наконец приносят долгожданное письмо, она буквально впивается в него, читает, читает, не обращая внимания на суету вокруг, на мужа…

Тимирева не дала переписке и роману оборваться: «Дорогой Александр Васильевич, вчера я вернулась из Гельсингфорса и сегодня получила наконец после долгого ожидания письмо от Вас, глубоко огорчившее меня. Оно жестоко, холодно и просто враждебно по отношению ко мне — но все это ничего, у меня нет ни горечи, ни обиды, мне только бесконечно больно видеть Вас в таком состоянии полной безнадежности. Вашей виновности, о которой Вы говорите мне не в первый раз, я не признаю. Если Вы ответственны за все, что происходит под Вашим командованием, это еще не значит, что во всех несчастьях лично Вы виноваты, тем более в тех, где помочь Вы фактически не имели возможности. Вы пишете, что сидите один, никуда не съезжая, даже домой; это ясно и без Ваших слов, такая упорная мысль о своей виновности решительно во всем — явный результат долгого одиночества и черных мыслей. Что Вам в том душевном состоянии, которое Вы переживаете, не хочется никуда показываться, я прекрасно понимаю, но все-таки в этой системе хорошего очень мало. Вы пишете, что сознательно отказываетесь от моего отношения к Вам и моих писем; я на это скажу, что только от моих писем Вы можете отказаться, если Вам тяжело и неприятно их получать и Вы действительно хотите забыть меня совсем — скажите слово, и я никогда не напомню Вам о себе больше. Но думать о Вас по-прежнему с неизменной нежностью и постоянной тревогой за Вас — этому помешать не в Вашей власти… Я так далека от Вас, и мне абсолютно ничего от Вас не надо — неужели все-таки я Вам в тягость?»

Он ответил ей: «В минуту усталости или слабости моральной, когда сомнение переходит в безнадежность, когда решимость сменяется колебанием, когда уверенность в себе теряется и создается тревожное ощущение несостоятельности… в такие минуты я прежде всегда обращался к мыслям о Вас, находя в них и во всем, что связывалось с Вами, с воспоминаниями о Вас, средство преодолеть это состояние… В самые тяжелые минуты я находил в Вас помощь, и мне становилось лучше, когда я вспоминал или думал о Вас. Я писал Вам, что никому и никогда я не был так обязан, как Вам за это, и я готов подтвердить свои слова».

В июне 1917 года Тимирева жила в Ревеле (Таллин). По крайней мере один раз, в двадцатых числах июня, она была в Петрограде и снова виделась с Колчаком. О вероятности других встреч до отъезда адмирала в Америку в конце июля 1917 года достоверных сведений нет, если не считать намека-воспоминания о «последних наших встречах» в письме Тимиревой 7 марта 1918 года.

И каждый год Седьмого февраля
Одна с упорной памятью моей
Твою опять встречаю годовщину.
А тех, кто знал тебя, — давно уж нет,
А те, кто живы, — все давно забыли.
И этот, для меня тягчайший, день —
Для них такой же, как и все, —
Оторванный листок календаря.
А.В. Тимирева 1969 г.

Выше были представлены отдельные главы из книги «Адмиралъ. Энциклопедия фильма», книга в которую вошли тридцать три эссе, основанных на подлинных фактах и исторических документах о жизни прототипов героев картины, а также беседы с ее создателями.

Ю.З. Кантор, ведущий научный сотрудник Государственного Эрмитажа, доктор исторических наук: «Книга к фильму — жанр и простой, и сложный. Простой, потому что все уже вроде бы сказано — сценарием, режиссурой, актерской игрой, музыкой. Сложный — поскольку, не ломая эту художественную «сказанность», нужно дополнить, а нередко и заполнить лакуны киноповествования фактами, в прямом и переносном смысле оставшимися за кадром. Вот в такой «сложной простоте» и рождался замысел «Энциклопедии фильма». «Адмиралъ» — одна из очень немногих успешных попыток создать художественное кино на основе реальных исторических событий.

Дополнение к предыдущему материалу:

В дни премьеры «Адмирала» во владивостокских кинотеатрах был аншлаг. Однако мало кто из приморских зрителей знает, как складывалась история любви Александра Колчака и Анны Тимиревой во Владивостоке.
В мае 1918 года контр-адмирал в отставке Сергей Тимирев был назначен уполномоченным военно-промышленного комитета на Дальнем Востоке. С ним во Владивосток приехала и жена Анна Васильевна. Тимиревы остановились в лучшей гостинице города — «Версале». А в июне, проездом из Харбина в Японию во Владивостоке оказался Колчак. В нашем городе они встретились, чтобы больше не расставаться.
В Японию Александр Васильевич и Анна Васильевна уехали вместе. По их просьбе адмирал Тимирев обратился во Владивостокскую консисторию с заявлением о желании расторгнуть свой брак. После чего свидетельство о расторжении брака он отправил в Японию своей бывшей жене. Теперь Анна могла стать гражданской женой Колчака.
Август 1918 года они провели в японском курортном городе Ника, и это были самые счастливые дни в жизни 26-летней Анны.
В сентябре им пришлось вернуться во Владивосток. В здание на улице Светланской, где разместилось правительство эсера Дербера, Колчака пригласил для переговоров глава правительства Автономной Сибири в Омске Вологодский. Вице-адмиралу Колчаку Вологодский предложил пост министра по военным и морским делам. Предложение был принято. В начале октября вместе с главой английской военной миссии генералом Ноксом Александр Васильевич и Анна Тимирева выехали в Омск.
Здесь, как известно, Колчак был произведен в адмиралы и избран Верховным Правителем России и Верховным Главнокомандующим всеми сухопутными и морскими силами.
Так в ноябре 1918 года никогда не стремившийся на руководящие административные посты моряк и скромная московская барышня, дочь директора консерватории, оказались на вершине пирамиды власти в России.
Но события развивались стремительно. 4 января 1920 года по настоянию Политсовета белого движения и Совета Министров Александр Колчак снимает с себя полномочия Верховного Правителя и Главнокомандующего. Через одиннадцать дней адмирала арестовали.
Как только Анна Васильевна узнала, что муж помещен в иркутскую тюрьму, она пришла в Иркутский ревком и потребовала, чтобы ее отправили в ту же тюрьму. Пока шло следствие, они обменивались записками. За час до расстрела им было разрешено свидание в камере у Колчака.
За 17 месяцев любви Анна заплатила 37 годами тюрьмы и ссылки. Реабилитировали ее лишь в 1960 году.

Анна Васильевна Тимирева похоронена на Ваганьковском кладбище в Москве в одной могиле со своими родственниками по линии отца Сафоновыми. На могильной плите сделана надпись Книпер Анна Васильевна ( по фамилии последнего мужа).

Анна Тимирёва и Александр Колчак (8 фото)


Анна Тимирёва и Александр Колчак.
Когда речь заходит о Гражданской войне, многие вспоминают белых генералов Деникина, Юденича, Корнилова, Каппеля, красных командиров Буденного, Котовского, Миронова, Лазо, Фрунзе. И спорам, кто в той войне был прав, а кто виноват, и сегодня нет конца. Но есть в истории Гражданской войны особое имя — Анна Тимирёва, возлюбленная Александра Колчака, в то время Верховного правителя России.
Анна Васильевна Сафонова из дворян. Она родилась в Кисловодске в 1893 году. Когда ей исполнилось 13, семья переехала в Санкт-Петербург. Там Анна обучалась в гимназии княгини Оболенской и закончила её весьма успешно в 1911 году. Анна была весьма образованной дамой, свободно владела немецким и французским. В 18 лет она вышла замуж за морского офицера и через 3 года родила ему сына Владимира. Но счастливым этот брак лишь до того момента, как Тимирёва познакомилась в Колчаком.
Анна Темирёва, в девичестве Сафонова.
Они впервые встретились в 1915 году в Гельсингфорсе. Там служил муж Анны, капитан первого ранга. Это была настоящая страсть! Анну Васильевну и Александра Васильевича не остановило даже то, что оба они были не свободны. Встречи из стали частыми, а страсть со временем превратилась в любовь. Тимирёва просто боготворила тогда ещё вице-адмирала, а он часто писал ей трогательные письма.
Александр Колчак за работой
В 1917 году, практически сразу после революции, супруг Тимирёвой эмигрировал, жена и сын Колчака остались в Париже. Как только Колчак вернулся из Англии, Анна Васильевна приехала к нему. В 1918-1919 годах Тимирёва работала в Омске переводчицей Отдела печати при Управлении делами Совета министров и Верховного правителя (так теперь величали Колчака). Частенько её видели в больнице возле раненных и в мастерской по пошиву белья для солдат.
Камера, в которой держали адмирала Колчака перед расстрелом
Анна Васильевна оставалась с Колчаком при любых обстоятельствах: и когда его армию разбили красные, и когда руководство чехословацкого корпуса, при молчаливом согласии французского генерала Жанена, согласилось выдать Колчака Военно-революционному комитету. Когда ЧК на протяжении двух недель допрашивала белого адмирала, Анна не только сама добровольно пошла под арест, но и смогла трижды прорваться к нему на свидание – как могла поддерживала своего возлюбленного перед неминуемой смертью.
Анна Тимирёва
После расстрела Колчака Анну Тимирёву из тюрьмы выпустили, но именно с этого времени, и начался её настоящий крестный путь. Уже в июне 1920 года её отправили на двухлетние принудительные работы в Омский концентрационный лагерь. После выхода из тюрьмы, она подала властям прошение о выезде из страны в Харбин, где жил её первый супруг. Но в ответ пришла резолюция – «Отказать» и ещё год тюремного заключения. В 1922 году её арестовали в третий раз, а в 1925 отправили в тюрьму ещё на три года «за связь с иностранцами и бывшими белыми офицерами».
Фотографии из дела Анны Тимирёвой
После освобождения, Анна Васильевна вышла замуж за инженера-путейца Владимира Книпера. Но весна 1935 года принесла новый арест «за сокрытие своего прошлого». Правда, лагерь через некоторое время заменили поднадзорным проживанием в Вышнем Волочке, где она проработала дворничихой и швеёй. В 1938 году произошел уже шестой по счёту арест. На свободу Анна вышла лишь после окончания войны. К тому времени, из родных у неё никого не осталось. 24-летнего сына Володю расстреляли 17 мая 1938 года. Владимир Книпер не выдержал травли жены и в 1942 году умер от инфаркта. Жить в Москве Анне не разрешали, и она перебралась в Рыбинск (тогда Щербаков), устроившись на работу бутафором в местном драмтеатре.
В декабре 1949 года Анну Васильевну снова арестовали. На этот раз, за антисоветскую пропаганду по клеветническому доносу коллег по цеху. Снова десять месяцев Ярославской тюрьмы и этап в Енисейск. Снова возвращение в Рыбинск и снова работа в драмтеатре.
Анна с сыном Владимиром
К тому времени, она уже выглядела, как интеллигентная аккуратная старушка с яркими живыми глазами. В театре никто не знал историю Анны Васильевны, связанную с Колчаком. Вот, только все удивлялись, почему режиссер театра (поговаривали, что из дворян) всякий раз, когда видел Анну Васильевну, подходил и целовал ей руку.
Анна Васильевна Тимирёва.
Реабилитировали Анну Васильевну только в 1960-м. Она сразу переехала в Москву и поселилась в коммунальной квартире на Плющихе. Ойстрах и Шостакович выхлопотали ей пенсию в 45 рублей. Иногда её приглашали в массовку на «Мосфильм» — в «Бриллиантовой руке» Гайдая мелькнула в роли уборщицы, а в «Войне и мире» Бондарчука — на первом балу Наташи Ростовой в образе благородной пожилой дамы.
За пять лет до смерти, в 1970-м, она пишет строчки, посвященные главной любви своей жизни — Александру Колчаку:
Полвека не могу принять —
Ничем нельзя помочь:
И все уходишь ты опять
В ту роковую ночь.
А я осуждена идти,
Пока не минет срок,
И перепутаны пути
Исхоженных дорог…
Но если я еще жива
Наперекор судьбе,
То только как любовь твоя
И память о тебе.

Александр Колчак и Анна Тимирева

Великие истории любви 11 июля 2018, в 13:04

Войны, революции, социальные потрясения… И на фоне бедствий стран и народов, как цветок, брошенный на истоптанный лошадьми снег, – любовь…


Александр Колчак


К моменту встречи со своей последней, страстной и неотделимой от его биографии любовью Александр Колчак прошел огонь, воду и медные трубы. Он был баловнем судьбы и любимцем России. Он плавал в водах двадцати морей и четырех океанов, покорял Арктику, был награжден российскими и зарубежными орденами, но главной наградой своей жизни считал ее, Анну…

Они встретились случайно. Колчак был женат, она – замужем за морским офицером Сергеем Тимиревым. К тому же он был старше возлюбленной на девятнадцать лет – целую жизнь. Они боролись со своими чувствами, не виделись месяцами, но… Любовь была сильнее. Многие называют отношения Тимиревой и Колчака странными: обращение только на «вы», по имени-отчеству… Лишь в своей душе они могли сказать друг другу «ты» – и больше чем письма, которыми они обменивались долгие пять лет, до самого момента гибели адмирала Колчака, говорили при встрече их глаза.

Впервые они встретились на вокзале: Анна провожала мужа, а он просто прошел мимо. «Это Колчак-Полярный», – почтительно шепнул ей на ухо муж, но она его не услышала – так сильно и остро стукнуло сердце, словно чуяло: это прошла мимо сама судьба.

Жизнь как будто нарочно сводила их – то случайная встреча на улице, то вечер у общих знакомых, где прославленный адмирал пел романс «Гори, гори, моя звезда…». Он пел, а глаза его при этом так неотрывно глядели на Анну, что ей чуть не стало дурно… Потом были свидания наедине и разговоры, разговоры… Они говорили – не могли наговориться, насмотреться друг на друга, как будто предчувствовали, как мало счастья им отведено на этом веку…

Когда Анна снялась на костюмированном балу в русском костюме, фото вышло на редкость удачным. У нее просили карточки на память, как у какой-нибудь знаменитости. Она охотно их презентовала. Позже общий знакомый обмолвился: «У Колчака в каюте я видел ваш портрет». Анна улыбнулась: «О, я их столько раздарила… так что ничего удивительного!» – «Удивительно как раз то, что у него в каюте только один ваш портрет!»

Александр Колчак женился на женщине замечательной, умной, надежной, преданной. Софья ждала его из военных походов и тяжелейших арктических экспедиций годами. Да и детей ей приходилось поднимать самой. Они больше писали друг другу, чем виделись, а страсти между ними не было никогда – их отношения скорее напоминали братские. Именно Софья первой заметила чувство своего мужа к молоденькой Анне.

Софья и Анна катались на санях, и молодая женщина замерзла. Софья сняла с себя чернобурку и накинула на плечи той, на которую ее собственный муж смотрел такими глазами, что становилось больно. Что ж… Она всегда была ему больше другом, чем женой, и видела, как он борется с собой, чтобы не предать, не бросить ее и сына. Но предчувствия все не покидали жену адмирала, и в тот же вечер она написала своей подруге в Москву: «Я знаю, Александр Васильевич разойдется со мной и женится на Анне Васильевне…»

Не одна жена замечала то, что буквально бросалось в глаза: в обществе уже давно ходили слухи о том, что Колчак и Тимирева – любовники. Но до этого было еще очень далеко. Близкими их делали только письма, которые они слали друг другу – письма почти без намека на будущее, но полные откровенного, острого счастья от предвкушения встречи.

Их история любви вся состояла из кратких свиданий, большинство из которых проходили на глазах у посторонних, и длинных, наполненных признаниями в любви писем. Колчак не принадлежал себе, всю жизнь он провел в походах и считал служение Отечеству достойнейшим делом для мужчины. Когда он уехал надолго в очередной раз, Анна впала в отчаяние. Вот строки из ее письма: «Я всегда хочу видеть Вас, всегда о Вас думать, для меня такая радость видеть Вас, вот и выходит, что я Вас люблю. Говорю, потому что знаю: эта наша встреча – последняя».

Однако он не может отпустить ту, которую любит больше жизни: «Столько бессонных ночей провел я у себя в каюте, шагая из угла в угол, столько дум, горьких, безотрадных. Я не знаю, что случилось, но всем своим существом чувствую, что Вы ушли из моей жизни, ушли так, что не знаю, есть ли у меня столько сил и умения, чтобы вернуть Вас. А без Вас моя жизнь не имеет ни того смысла, ни той цели, ни той радости. Я писал Вам, что думаю сократить переписку, но понял, что не писать Вам, не делиться своими думами выше моих сил. Буду снова писать – к чему бы это ни привело».

Против их любви было все: их собственные семьи, мнение окружающих, но самым большим препятствием, не давшим соединиться этим двум любящим сердцам, стала революция. Он, который готов был отдать свою жизнь во имя Родины, присягу на служение которой не забывал никогда, был прирожденным военным, но слабо разбирался в политике. Поэтому вначале революция показалась ему не страшнее очередной боевой операции; более того, он радовался, что она поможет покончить с затянувшейся русско-немецкой войной.

Он остался чуть ли не единственным, кто сопротивлялся врагу, когда корабли один за другим стали покидать поле сражения. Его линкор «Императрица Екатерина» противостоял всем сразу: туркам, немцам, подлодкам, гидропланам… Однако удар пришелся не со стороны вражеских войск: свои же, русские, восставшие матросы потребовали от офицеров сдать оружие. Адмирал вынес из своей каюты золотую Георгиевскую саблю и Георгиевский же крест и бросил их в море со словами: «Море их мне дало, и только морю я их отдам!»

В то время как в Петербурге дрались за власть все: большевики, Керенский, эсеры, генерал Корнилов – один Колчак не участвовал в этой грызне. Он приехал в город на Неве с единственной целью – увидеть ее, любимую. У них оказалось целых два дня – огромное богатство по сравнению с теми минутами, а в лучшем случае часами, когда они могли находиться рядом друг с другом.

Но время вышло, и он в последний раз обнял любимую. Ему казалось, что теперь они точно расстаются навсегда. Он принял предложение американского правительства вести флот США к Дарданеллам. Путь в Америку был сопряжен для Колчака с огромными трудностями – после потерь, которые из-за его действий понес флот Германии, немецкая разведка искала его повсюду. На розыск адмирала были брошены даже подводные лодки! С кораблей, идущих в Англию – а только таким путем можно было достичь Соединенных Штатов, – снимали всех пассажиров, чье описание подходило под портрет Колчака.

Его носило по свету, и он действительно думал, что они не встретятся больше никогда, но… вдруг в китайском Харбине к нему приехала Анна! Она следовала с мужем на Дальний Восток и вдруг узнала, что Колчак в Харбине. Наспех простилась с мужем, продала жемчужное ожерелье и купила билет в неизвестный город.

Больше они не расставались. Колчак воевал с красными, Анна была рядом с ним. Она стала для своего избранника всем: ангелом-хранителем, единственной отдушиной в страшной круговерти гражданской войны, спутницей, которая пошла за ним даже в тюрьму… Он называл ее своей женой, хотя обвенчаться они не могли.

Большевики закрыли его в камере иркутской тюрьмы – четыре шага в ширину, восемь в длину… Анна явилась в тюрьму добровольно. В ее деле так и написано: «самоарестовалась». Он был совершенно спокоен – ждал суда, пусть и не совсем справедливого, но такого, где его выслушают. Но никакого суда не было: ночью 7 февраля 1920 года его вывели и расстреляли у замерзшей реки. Тело спустили под лед – в ту самую воду, которой он никогда не боялся и которая стала его последним пристанищем…

Жене адмирала, Софье Васильевне, повезло – ее с сыном англичане вывезли во Францию. А Анна Тимирева так и осталась в Советской России. Несколько раз ее сажали в тюрьму по обвинению: «Будучи враждебно настроенной к Советской власти, в прошлом являлась женой Колчака и находилась при последнем до его расстрела». Но она ничего не боялась. И даже страшный удар, когда в 1938-м ее единственного сына Володю расстреляли за антисоветскую пропаганду, ее не сломил. Она жила долго – в память о своей великой любви, и еще в семьдесят она писала и посвящала ему стихи:

Но если я еще жива Наперекор судьбе, То только как любовь твоя И память о тебе… Александр Колчак и Анна Тимирева

Любовь, которая на Вы: Александр Колчак и Анна Тимирева

Их первая встреча произошла в 1915 году на перроне вокзала. Он — русский военный, отправляющийся в служебную командировку в Гельсингфорс, она — жена его старого приятеля, офицера Сергея Тимирева. Их столкновение еще не предвещало бурных событий будущего. Более того, между ними ничего не могло случиться, у каждого были семьи. К тому моменту Александр Колчак был женат одиннадцать лет, Анна — четыре года, но у обоих уже были дети. Да и кодекс офицерской чести не допускал и мысли о тайных романах с женами друзей. Но судьба сложилась вопреки всем представлениям.

Вторая их встреча оказалась куда более очевидной. Тимирева приехала навестить мужа в Гельсингфорс, там и произошло ее официальное знакомство с Колчаком. Они были в гостях у общего товарища и случайным образом весь вечер провели вблизи друг друга. Именно тогда между ними возник негласный общий интерес и притяжение.

Ей было всего 22, ему же — 41, но с каждой встречей они понимали, что им совсем не хочется расставаться. Кстати, свидания их были совсем редкими, ведь он был флаг-офицером по оперативной части в штабе Эссена и лично принимал участие в операциях на море, а потом и вовсе стал командовать Минной дивизией, что еще больше сократило их шансы на встречи. Между тем, когда им удавалось попасть на один и тот же прием, они всегда оказывались рядом друг с другом и не могли наговориться. Со стороны это было обычное светское общение, не выходящее за рамки дозволенного — встречи только на людях и ничего лишнего ни во взглядах, ни в движениях. Однако каждый из них понимал — все, что происходит между ними намного больше, чем кажется.

Софья Колчак с сыном и внуком. (wikipedia.org)

Анна Васильевна первая решилась на признание. В своих воспоминаниях она писала: «Я сказала, что люблю его». И он, уже давно и, как ему казалось, безнадежно влюбленный, ответил: «Я не говорил вам, что люблю вас. Я вас больше чем люблю». Общение и редкие встречи с Колчаком стали для Тимиревой всем, за ним она была готова идти куда угодно, что и сделала, но об этом немного позже. Для него же она была той, ради которой преодолеваются все трудности и покоряется весь мир. Несмотря на это, они не позволяли себе ничего лишнего и с большим уважением и трепетом выстраивали свои отношения.

Спасение от постоянной разлуки они нашли в письмах, адресованных друг другу. Всего насчитывается около пятидесяти трех писем, за четыре года переписки. Некоторые письма Александр Колчак писал и не отправлял, они могли доходить до сорока страниц. Эти записи были сохранены в его дневниках. Она же временами отвечала более сдержанно, боясь показаться навязчивой и надоесть.

Вскоре Анна Тимирева поняла, что больше не может выносить постоянной разлуки с любимым и решила уйти от мужа. Это было серьезное решение, за которым следовали злословие, бесчестье и осуждение. Муж Анны пытался даже отговорить молодую девушку, но она и слышать ничего не желала. Ей хотелось счастья, любви, которую, как ей казалось, она не сможет получить оставив все, как есть. В 1918 году Тимирева получила развод и тут же отправилась вслед за Александром Васильевичем.

Анна Тимирева и слева от нее Колчак. (wikipedia.org)

На тот момент, Колчак находился в Омске, этот период времени можно назвать расцветом его деятельности — он был провозглашен Верховным правителем России. Анна приехала именно туда. Конечно, они не афишировали свои взаимоотношения в полной мере, к тому же Александр Васильевич не спешил с разводом. Однако те, кто находился вблизи к ним, ясно понимали, что между ними происходит. Доходили слухи и до жены, которая была вынуждена бежать с сыном в Европу.

После приезда Анны Васильевны, какое-то время пара жила раздельно, но даже после того, как Тимирева переехала в личную резиденцию Колчака, виделись они не так часто, как мечталось. Александр Васильевич постоянно был в разъездах.

Благо Тимирева имела хорошее образование, поэтому за время пребывания в Омске ей удалось поработать переводчицей Отдела печати при Управлении делами совета и Верховном правителе. Позже она примерила на себя еще одну роль — сестры милосердия.

Колчак справа, слева Тимирева. (wikipedia.org)

В 1919 году положение дел Колчака изменились в худшую сторону. Упомянем лишь то, что его несколько раз попросили передать все свои права и полномочия другому офицеру. В 1920 году он издал последний свой указ, после чего стал обычным гражданским. Для Александра Васильевича это было настоящим потрясением. Дальше было предательство союзников и арест. Тимирева безоговорочно пошла за ним. Ей было все нипочем, если он рядом, поэтому она добровольно отправилась в тюрьму за ним.

Когда же на допросе у Колчака спросили, какое отношение к нему имеет Анна Васильевна, он ответил, то это просто давнишняя знакомая.

Полный эпизод разговора:

«Член комиссии. Здесь добровольно арестовалась госпожа Тимирева. Какое она имеет отношение к вам?

Колчак. Она моя давнишняя хорошая знакомая; она находилась в Омске, где работала в моей мастерской по шитью белья и по раздаче его воинским чинам — больным и раненым. Она оставалась в Омске до последних дней, и затем, когда я должен был уехать по военным обстоятельствам, она поехала со мной в поезде. В этом поезде она доехала сюда до того времени, когда я был задержан чехами. Когда я ехал сюда, она захотела разделить участь со мной.

ЧК. Скажите, адмирал, она не является вашей гражданской женой? Мы имеем право зафиксировать это?

К. Нет.»

Писать друг другу они продолжали вплоть до последнего дня. Письма передавались через работников тюрьмы. Интересно то, что все это время их обращение было только на «Вы» и по имени-отчеству.

Анна Тимирева. (wikipedia.org)

Александр Васильевич Колчак был расстрелян большевиками в Иркутске, в 1920 году. Она же после этого была осуждена за свою любовь, и 37 лет провела в тюрьмах и ссылках. Реабилитирована в 1960 году, а через еще 15 лет оставила этот мир.

В конце жизни она написала: «Но если я еще жива, наперекор судьбе,
То только как любовь твоя
И память о тебе.»

Долгая жизнь в несвободе

В материале «Комсомольской правды» о судьбе Анны Тимиревой «7 арестов за 30 лет» журналист издания Максим Чижиков, основываясь на доступных на сегодняшний день архивных документах, в которых описывается, в чем обвинялась эта женщина, писал, что суть «преступления» Тимиревой сводилась к одному: «с 1918 по 1920 годы была женой Колчака». Анна с 1920 по 1956 годы сидела в двух иркутских тюрьмах, в Бутырке, отбывала сроки в лагерях ГУЛАГа, в том числе в Забайкалье. Адреса ее ссылок – Вышний Волочек, Верея, Малоярославец, затем были долгие годы заключения в Карлаге, где Тимирева встретилась и подружилась с заключенной, будущей заслуженной артисткой Украинской СССР Марией Капнист (с 1956 по 1994 годы у Капнист было свыше 100 ролей в советском и российском кино; зрители ее до сих пор помнят как «старую цыганку» из фильма «Цыган» и «графиню» замка графа Карагаева из «Бронзовой птицы»).

После освобождения Тимиреву определили на жительство «за 101-й километр» – станция Завидово в Тверской области.

Группа авторов (Татьяна Павлова, Феликс Перченок, Илья Сафонов) написали биографию Анны Тимиревой «Милая, обожаемая моя Анна Васильевна» (строка из письма Колчака к своей возлюбленной). Илья Сафонов – племянник Тимиревой. Он с тетей впервые встретился в 1946 году в поселке Завидово, куда бывшая заключенная ГУЛАГа приехала, отбыв 8 лет в Карлаге. Илья в ленинградскую блокаду потерял родителей, его нашла, усыновила и воспитала сестра Анны Елена (Сафонова).

В 1949 году, как пишут соавторы биографической работы «Милая, обожаемая моя Анна Васильевна», Тимиреву арестовали снова. Отсидев 9 месяцев в тюрьме, она вновь отправилась в ссылку, на этот раз в Енисейск. Там вновь встретила свою подругу Марию Капнист (женщины дружили всю жизнь, с начала знакомства). По воспоминаниям дочери Марии Капнист, Радиславы, у матери, проведшей в лагерях и тюрьмах на самых тяжелых общих работах 15 лет, выбили зубы, она не раз была на грани жизни и смерти. Вместе с Капнист Тимирева в Карлаге делала саманные кирпичи (норма – 200 штук за смену).

В 1922 году Анна Тимирева вышла замуж за инженера-путейца Всеволода Книпера («Комсомолка» по ошибке в своей публикации назвала его Владимиром). «КП» писала, что муж Тимиревой Владимир Книпер все годы нахождения жены в заточении хлопотавший об ее освобождении и реабилитации, «умер от инфаркта, не выдержав травли супруги». Это не единственная версия кончины супруга Тимиревой. Гатчинский краевед Владислав Кислов приводит сведения о том, что Всеволод Книпер погиб в 1942 году в Великой Отечественной войне. Эту же гипотезу выдвигает и еженедельник «АиФ» в одной из своих статей за 2016 год. В ОБД «Мемориал» какая-либо информация о военнослужащем Всеволоде Книпере отсутствует.

Колчак и Анна Тимирёва: любовь на фоне войны и революции

Их роман длился пять лет. На этот период пришлись две войны и революция. Но трагические события в жизни страны не могли разрушитьчувств этих двоих.

Отягощенные семьями

Как странно играет людьми судьба… Наличие супругов обычно является препятствием для завязывания любовных отношений. Но не будь у Анны Тимирёвой мужа, роман ее с адмиралом Колчаком вряд ли бы состоялся. Посудите сами. Он – 41-летний военный, политический деятель, ученый-океанограф, полярный исследователь. Она – художница и поэтесса 22-х лет от роду. У них различные интересы и разные круги общения.

Колчак строг, но обаятелен

Но мужа Анны – капитана I ранга Сергея Тимирёва – переводят в 1915-м в Гельсингфорс, где тогда служил Колчак. И молодая красавица без памяти влюбляется – впервые в жизни. Она очарована суровой харизмой Александра Васильевича настолько, что ей становится безразличны предписания общественной морали.

Анна нежна и романтична

Увлеченная женщина первой говорит о любви и с удивлением слышит ответное признание – оказывается, адмирал уже давно без ума от нее, но считает себя не вправе навязываться чужой жене. Тем более что и своя у него имеется.

Да, у обоих супруги и сыновья, а значит – обязательства, которые так просто не отбросить. Поэтому влюбленным только и остаются редкие встречи, между которыми – длинные месяцы порознь.

Эта фотография Анны висела на стене каюты Колчака

В горе и в радости

Анна, будучи человеком цельным и прямым, не хотела обманывать супруга, апотому предложила развод. Осуществить его в царской России было довольно сложно, и Тимирёвы сумели расторгнуть брак только в 1918-м. Произошло это во Владивостокской консистории. А далее их пути разошлись: он с сыном эмигрировал в Харбин, она уехала в Омск – к Колчаку, провозглашенному Верховным правителем страны.

Резиденция Колчака в г. Омске

В том городе они прожили около года, но практически все время – раздельно. Так они соблюдали приличия, ведь адмирал все еще состоял в браке с другой (его жена и сын находились тогда в Париже). А поскольку Александр Васильевич часто выезжал на разные фронты, времени у влюбленных друг на друга было не так-то много.

Тимирёва не сидела сложа руки: работала переводчицей в отделе печати Управления делами Совета Министров и Верховного правителя, шила белье для солдат, раздавала пищу пациентам в госпитале. Это еще больше сближало ее с любимым, ведь они виделись в течение дня – в лазарете, на переговорах с союзниками, при обсуждении текстов для прессы.

На ступенях Омского госпиталя

«Пока смерть не разлучит нас…»

В ноябре 1919-го правительство Колчака выехало в Иркутск. Из пяти сотен сторонников в путь с Верховным правителем отправилось всего десять человек. Среди них была и его Анна. Никто не ожидал счастливого завершения этой истории, поэтому захват путешественников большевиками не стал неожиданностью.

Иркутский тюремный замок. Здесь держали Колчака и Тимирёву

Тимирёва добровольно пошла под арест, чтобы не разлучаться с возлюбленным. В тюрьме они постоянно обменивались записками (послания переносили охранники). В строках этих писем сквозит искренняя забота друг о друге – каждый опасается за близкого больше, нежели за себя.

Камера-музей Александра Колчака. Находится в СИЗО №1 г. Иркутска

Память, пронесенная сквозь десятилетия

Паре не выпало разделить общую судьбу. 7 февраля 1920 года адмирал был расстрелян в тюремном дворе. А его любимая прошла через все мытарства советских тюрем и лагерей: общий «стаж» ее заключений составил 30 лет. Между сроками были короткие промежутки на воле, и тогда женщина вспоминала навыки художницы и работала ретушером, чертежницей, инструктором по росписи игрушек, бутафором в театре.

Стихотворение любимому, написанное спустя полвека после его смерти

Реабилитирована была в 1960-м. Умерла же в 1975-м, пережив возлюбленного на 55 лет. До последнего дня Анна хранила в своем сердце чувства к нему.

В рубрике «Истории любви» вы также можете прочитать об Иде и Исидоре Штраус, любви двух фотографов, которые жили на разных концах Света, а также о трогательных отношениях Пьера Абеляра и Элоизы Фульбер.

Женщине Мужчине Советы Интересное Традиции Романтика Служба доставки цветов Флора Экспресс